Игорь Тальков

Он ушел, как хотел. Внезапно.

Предыдущий раздел Предыдущая страница Следующая страница Следующий раздел

И все-таки быстро летит время. Вот уже десять лет с нами нет Игоря Талькова. О певце вспоминает его жена Татьяна.

Когда все эго случились и Таня поняла, что Игоря Талькова больше нет, жизнь ее вроде замерзла, замерла. Его друзья вдруг исчезли. Стало пусто и пыльно - ну просто никак... Вместе со своим сыном она жила в двухкомнатной хрущевке - с проходной комнаткой и пятиметровой кухонькой. Одна из комнат была забита архивными материалами, оставшимися от мужа. На все обращения в префектуру и жилфонд Москвы с просьбой о расширении жилплощади следовал неизменный отказ. В эти дни помогал Татьяне пробивать бюрократическую стену лишь брат Игоря - Владимир Тальков. Но и его сил оказалось недостаточно. Так и пришлось вдове и сыну певца жить в хрущевке до недавнего времени, пока наконец дом не снесли. И получили Тальковы, к огромной своей радости, нормальную двухкомнатную квартиру с изолированными комнатами в новом доме на Каширском шоссе.

Многое сейчас в новой квартире напоминает об Игоре. Его записи песен, бьющихся в четырех стенах, как в клетке. Звуки его гитары - ее часто терзает сын. Фотографии на стенах, большой железный крест... Когда-то давно Тальков подобрал этот крест, сброшенный с купола храма Иоанна Предтечи, что в Коломенском. Певец принес его домой и сказал: "Это мой крест, который я буду нести всю жизнь". Вот и донес.

Татьяна после гибели мужа поступила учиться на факультет психологии одного из столичных институтов. Думала, будет полегче, повеселее. Но с учебой что-то не заладилось, и пришлось бросить. Долгое время Татьяна сидела без работы. Жила на гонорары, скудно капающие за исполнение тальковских песен. В ту пору они звучали по всей стране, диски и кассеты расходились Влет, вышла книжка стихов Игоря. Но у нас и при жизни таких, как Игорь, настоящих певцов и поэтов, не больно-то ценят, а уж после смерти... Все попытки устроиться на работу оканчивались крахом. Пришлось Татьяне сосредоточиться на доме, сыне.

Пока на помощь не пришел Станислав Говорухин; пригласивший Татьяну поработать на съемках своей последней кинокартины. Дело для Тальковой было знакомое; в свое время она уже побывала ассистентом режиссера на фильме "Князь Серебряный", где Игорь исполнял главную роль. Съемки проходили в основном в Калуге, и ей впервые пришлось оставить сына без внимания. Да он, Игорь Игоревич, теперь в ней и не особо-то нуждался. Ведь осенью ему исполняется уже 20 лет. Вымахал парень под два метра, очень похож на отца: лицом, манерами, голосом. Сам сочиняет и поет, мечтает поступить в театральный институт.

А Татьяна, еще молодая, миловидная женщина, до сих пор одна, не замужем. При нашем разговоре она постаралась не касаться своего сегодняшнего дня. Может, потому, что во многом живет прошлым? Тем днем, когда в ее жизнь вошел этот парень с быстрыми жестами, хрипловатым голосом. Представился: "Игорь!". Оказалось, судьба.

Как же это произошло, Татьяна? Когда?
День помню навсегда: 22 июля 1979 года. В то время дискотеки только-только появлялись, я с подругами выбралась в популярную тогда "Метелицу", в "Метлу", на Калининском проспекте. Там танцы шумные, галдеж. А Игорь завернул сюда по простой причине: выпить. Крутили отчаянно популярные в то время "Бони М" и "АББА". Видео и не снилось - показывали цветные слайды. И тут Игорь подошел ко мне и пригласил танцевать...
Вы поняли, что перед вами личность творческая?
В то время он еще никому не был известен. Работал в группе "Апрель", тоже, прямо скажем, не гремевшей. Правда, он выделялся среди других своей экстравагантной одеждой. До "Апреля" он подрабатывал бас-гитаристом у частенько заезжавшего в СССР испанского певца Митчела. Тогда гастролеры, чтобы особо не тратиться, набирали группу прямо на месте. Сопровождая Митчела, Игорь немного подзаработал и позволил себе кое-что из одежды. Выделялся: высокий, уверенный. Вскоре должна была состояться телепередача "А ну-ка, девушки!", где Игорь принимал участие в качестве музыканта. Это он мне сразу сказал, видимо, хотел сразить. Пригласил меня в массовку на съемки.
Вы, конечно, обрадовались?
Наоборот, я постаралась как можно равнодушнее отнестись к этому приглашению, стала всячески отнекиваться. А моя подруга, только услышав, сразу: "Да, да, да! Мы пойдем!" Ну я тем более на своем: нет не могу, не хочу... Ну а так как Игоря интересовала я, а не моя подруга, он это дело и спустил на тормозах. А потом все произошло как-то странно, спонтанно. Это и называется Судьбой. Он как-то выманил у Наташи мой рабочий телефон. Через некоторое время он позвонил, позвал на свидание. Я - ни в какую. Думаю: я не дурочка: нечего мне в глаза пыль пускать...
Почему вдруг?!
Я не знаю, как сейчас, а в то время, когда хотели познакомиться с девушкой, вечно прикидывались музыкантами, актерами, художниками. В общем, творческими людьми. Поэтому, когда Игорь представился: "музыкант", я иронично подумала: "ага".
А вы сами в то время кем были?
Я была профессиональной портнихой. Пошла в училище, чтобы научиться шить - для себя, для заработка. В то время как раз отрабатывали по распределению на фабрике.
Как же Игорь вас все-таки уговорил?
Не знаю уж как, вопреки всему. Настойчиво так звал - и я явилась на свидание. И когда с ним встретилась, и он стал говорить... Знаете, есть любовь с первого взгляда, а есть - с первого слова. До этого я видела его только в компании, а здесь - один на один. Шли, разговаривали. И - все. До пяти утра я с открытым ртом его слушала.
А где гуляли?
По Москве. Затем за городом. Поехали на дачу. Провели там вечер, который перерос и в ночь, и в утро. На рассвете пели птички, а мы все гуляли и разговаривали.
Вы сейчас, конечно, едва ли помните, о чем тогда говорили?
Помню. Обо всем! Он рассказывал о своей суматошной жизни, о работе музыканта, о поездках, гастролях. Было жутко интересно. Представляете, мне, девчонке, которая сидит за машинкой и шьет, такой парень рассказывает про всякие актерские приключения! Это я уже потом узнала, что, если Игорю надо, он мог очаровать и телеграфный столб. И красноречие, и море обаяния... На меня он все сразу выплеснул - как же, долго не откликалась, отказывалась от встреч, вот его и заело. Позже, часто вспоминая эти дни, мы с Игорем пришли к выводу, что его настырность проявилась именно из-за того, что я оказалась такой гордячкой. О чем, как вы понимаете, в дальнейшем я не жалела... Через некоторое время Игорь уехал на гастроли. И пропал. Думала: ну вот и все, завершился мой едва начавшийся роман. Конечно, переживала. Я не знала еще этой сумасшедшей гастрольной жизни. Потом вдруг звонок на работу. Мне передают: Таня, тебе звонил какой-то Борода. Я сразу поняла, кто это. В те времена борода была редкостью. Он просил передать, что приехал в Москву на пару часов - перейти с одного вокзала на другой, но так как не застал меня на работе, то напишет письмо. Потом начались письма...
А где вы тогда жили?
У мамы, на Ярославском шоссе, в двухкомнатной квартире - я, мама и сестра. Потом у нас дома установили телефон. И начались бесконечные междугородные телефонные звонки. То из Сибири, то из Питера, то где-то совсем рядом. И вот как-то утром - звонок в дверь. Я открываю: Игорь собственной персоной. "Здравствуй, я приехал. Собирайся, быстро, едем к моей маме".
Решительно...
Еще как! Я тут же сразу обо всем забыла, кричу: "Мама, я еду!" А мама тоже ничего не понимает: кто, что, почему такой пожар?! Я говорю: "Мама, познакомься. Это Игорь, Мы едем к его маме". А мама его жила в Туле, недалеко от Ясной Поляны. Игорь вошел. Мама моя была весьма обескуражена: отпускать дочь в чужой город, с неизвестным мужчиной. А мне только исполнилось 19. Но отпустила. После поездки в Тулу прошло какое-то время, и я уже привела Игоря к себе домой и заявила: "Мама с этого дня Игорь будет жить у нас". После чего последовала пауза. Мама, человек очень спокойный и молчаливый, посмотрела на меня, на Игоря и сказала: "Ну что ж с вами поделаешь..." Так и жили в одной комнате: он на кушетке, я - на другой постели. Придерживались каких-то внешних правил приличий: мол, человеку просто негде жить, и я его приютила. Но разве мать обманешь? Потом приехала мама Игоря - знакомиться с моей мамой. И вдруг выяснилось, что они друг друга во сне видели, сразу узнали...
Что, на самом деле?
Да-да! Тут же на "ты" перешли... В общем, как я привела его к себе домой, так мы два года и жили не расписанными. Мамы наши очень переживали: мол, как-то нехорошо. Мы с Игорем о женитьбе не говорили, потому что для меня в тот момент это было неважно. Он мне сразу сказал: "У меня жизнь сумасшедшая, гастрольная, мы будем редко видеться". Я прекрасно понимала, на что шла. Не торопила его, ничего не требовала, просто была рядом, когда выпадала маленькая возможность. А штамп в паспорте для нас никакой роли не играл. А потом Игорь говорит: "Твоя мама на меня смотрит, и я читаю в ее глазах: ну когда же? Мне даже неудобно". Тогда он к ней подошел и сказал: "Не переживайте, мы скоро поженимся"... И стали мы с Игорем подавать заявки. Просто анекдот. Один загс закрыт на ремонт. Идем в другой - тоже не работает. В третий... Там нам заявляют, что регистрация состоится только через три месяца. А там у него опять гастроли... В общем, Игорь послушал и решительно заявляет: мы не можем столько ждать, у нас скоро будет ребенок. А ему опять: "Надо подождать, проверить свои чувства". Представляете, наши чувства проверять? В общем, плюнули мы на все, поехали под Тулу, в Щекино, и там расписались. Без всякого шума, без гостей и пышного платья с фатой... На наших глазах знакомые устраивали роскошные свадьбы, а через полгода расходились. Вот мы с Игорем и были против такой показухи. Купили шампанское и коньяк и поехали на могилу отца Игоря... Честно говоря, и денег не было на торжества. На инструмент ему, слава Богу, хватало - и все. Он работал бас-гитаристом, а о своей будущей сольной карьере еще только задумывался. Мне-то он говорил об этом, я знала вещи, которые он пишет...
Вы говорите, что Игорь был человеком наивным. А в чем это проявлялось?
Наивным он, как и все истинно творческие люди, был в быту. Однажды пришел домой и с удивлением рассказывает: "Представляешь, сейчас зашел в магазин, а на витрине ценник: курица - 3 рубля. Выбил в кассе 3 рубля, подхожу к прилавку - дайте курицу. Мне отвечают: "Молодой человек, ее взвесить надо, ведь 3 рубля - за килограмм". Он на это лишь изумился. Даже не смеялся. Для него это была какая-то дикость. Или - приходит домой и приносит медный таз. Спрашиваю: "Зачем?" - "Да вот, - говорит, - шел по улице, смотрю - длинная очередь, думаю, верно, за чем-то интересным. Встал, отстоял, купил". Все знакомые хохотали, когда я рассказывала им эту историю, представляя себе Талькова с тазом в руках. Он-то думал, что приобрел нужную дефицитную вещь для домашнего хозяйства. Он жил только творчеством, а в быту был как ребенок. Но в жизни Игорь, конечно, наивным не был. Он был мудрее всех нас. Ведь все, о чем он говорил, о чем он писал, о чем предупреждал, сбывается в наши дни...
Скажите, а Игорь знал о своей судьбе?
Предчувствовал. Постоянно говорил о том, что много не проживет на этой земле. Это не пустые слова были, он очень тонко все ощущал. Всеми нервами. Перед выходом на сцену читал молитву, крестился, сцену крестил. А предчувствие... Оно дается свыше. Ведь если посмотреть его черновики, то можно увидеть, что они очень мало исчерканы. Писал сразу, начисто. Так бывает, когда человек сердцем видит, слышит, чувствует... Мне потом его ребята рассказали. Как-то они летели в самолете на очередные гастроли, и музыканты завели разговор об авиакатастрофах. Игорь их успокоил: "Ребята, пока вы со мной - не бойтесь. Мне не суждено разбиться. Меня убьют позже, при большом стечении народа, а убийцу не найдут". Тогда, конечно, словам этим никто значения не придал - ни друзья, ни я... А вообще-то, он и мне не раз говорил, что его убьют. Как-то даже задумчиво так сказал: хорошо бы умереть быстрой, неожиданной смертью. Впрочем, один-единственный раз мы как-то взялись мечтать, как будем жить, когда нам стукнет 80: у нас наконец-то будет дача, он построит огромный забор, за которым нас никто не увидит, будем под ним сидеть, он станет писать мемуары, а в ногах у нас уляжется куча котов... Он был большой жизнелюб и умирать не хотел. Но, по крайней мере, он ушел из жизни так, как ему желалось, внезапно. Сразу и не мучаясь.


Андрей Полынский


Вверх